Поверьте, я богатым человеком стал бы, если работал бы на сторону – халтурная работа неучам кажется красивее подлинной. Меня на селе за это чудаком называют, что, дескать, деньги под ногами лежат, а я нагнуться не могу. И не нагнусь никогда: искусство цены не имеет. А деньги? Кому они приносили счастье? Счастье приносит только искусство, если человек для него рожден. Неталантливому человеку в искусстве скучно и муторно, вот он-то и способен брать деньги за свою мучительную работу.

Ожидание. В сентябре решается вопрос о моем членстве в Союзе художников. Рекомендации есть, работы отосланы, не волнуюсь. Ведь не Тимофей Зоткин будет обсуждаться, а мои работы. Искусство или не искусство? Не отстало ли оно от времени? Нужны ли приметы времени? Только я для приемной комиссии ничего специально не делал. Снял со стеллажа первые попавшиеся да и отправил…

Здоровье. Ростом я не вышел, чуть выше ста пятидесяти сантиметров, голова, правда, шестьдесят второго размера шапку требует. Одним словом, маленькая собачка до старости щенок, но вот досада: попал на операционный стол. Живу сейчас на одной почке и ныть не собираюсь: работа меня лечит, работа меня на поверхности жизни держит, работа меня здоровяком делает.