И лучше бы не знать, какая. Володя никогда не любопытствовал. Догадки, конечно, строил. Но не озвучивал.

 Юрий это ценил. Платил щедро.

 Последнее дело, которое подогнал Володе этот человек с ледяным голосом, было оплачено настолько хорошо, что сыщик на две недели даже отрешился от всех дел и вместе с Маринкой поехал в Париж. Собственно, столица Франции в его памяти осталась будто в тумане. Помнилась всякая хуйня. Зареванная Маринка. Мордобой в кабаке на Елисейских полях. Полицейский участок.

 Но сейчас-то Володя будет умней.

 - Я вас внимательно слушаю, — сказал Володя в трубку.

 На секунду ему показалось, что невидимый, «секретный» собеседник потребует застегнуться. Однако тот перешел сразу к делу.

 - Значит, так. Слушай внимательно, записывать ничего не надо. Есть одна сучка, журналистка. Она сунула свое остроносое ебальце, куда не следует. Понимаешь?

 - Не очень, — ответил Володя.

 - Еще бы ты понимал, — надменно произнес Юрий. — Впрочем, не суть. Есть такое заведение, как Генштаб. И есть один, очень неосторожный, генерал…

 Голос замолчал. Володя не вмешивался.

 - Эта хохляцкая проблядь, Мазепа ее фамилия, напросилась к генералу на интервью. Отсосала генералу прямо в кабинете…

 «Или додрочить?» — подумал Володя.

 - Эта Мазепа хоть симпатичная? — спросил он.

 - Нет! — зло ответил Юрий. — Она хитрая, Владимир. Не по-хорошему хитрая. Она намеренно подсыпала виагру генералу в чай…

 - О-о! Зачем?

 - После ее визита у генерала пропала флэшка с… хм… с некоторыми сведениями, не предназначенными для посторонних.

 - Так…

 - Сегодня в девять тридцать она встречается с иностранцами. Я так думаю, она передаст им эту флэшку.

 - Так вы ее… того… за жопу…

 - Жопа у нее тощая, как у инкубаторской курицы в обанкротившемся совхозе, — рявкнул Юрий. — Кроме шуток — мы не можем этого сделать…