– Ты вторгнешься в территориальные воды во время дружеского визита?

– Я терплю бедствие!

– И во время этого бедствия мы тут воюем со всем побережьем? Вы в своем ли уме, товарищ капитан первого ранга! Есть коньяк?

– Давно кончился.

– А что есть?

– Индийский ром!

– Как называется? Господи, что я говорю!

– «Old smugler» называется!

– Налей, а то я сейчас с тобой сдохну!

Бузык и шесть его матросов заперты в каюте на нижней палубе. С того самого момента как их затолкали в эту каюту, они не сказали еще ни слова. Бузык встает и начинает обшаривать всю каюту.

– Вы чего, тащ-ка? (Это Геша Якоби.)

– Должен быть выход. У нас должен быть выход! Ну-ка, всем прилипнуть ушами к переборкам и слушать. Все, что услышите, говорить мне.

Все прилипают ушами.

– Ну как?

– Тихо, тащ-ка! Нас убьют?

– Ну, если с самого начала не убили, значит, не убьют. Если не испугаются, конечно. Поэтому очень прошу тебя, Геша, зря их не пугай. Проще лицо, великий радиоколдун, и все будет в порядке. Ты бы себя сейчас видел. Если они на тебя сейчас взглянут, то непременно от страха за борт все попрыгают, но перед этим нас прострелят в семнадцати местах.

В этот момент дверь каюты раскрывается, входят несколько бандитов, молча хватают Бузыка и выбрасывают его за дверь. Дверь сейчас же закрывается.

Через мгновение Бузык со связанными сзади руками уже стоит перед китайцем.

– Продолжим? – говорит китаец как ни в чем не бывало. – Что вы делали на острове?

– Собирали кораллы. Вы же нашли ящик.

– Нашли. Прекрасное прикрытие.

– Вы считаете, что четыре боевых корабля, следующие в Танджунг-Приок с дружеским визитом, по дороге решают последить за контрабандой оружием?