То есть в примере с муравьем я бы посоветовал ему, прежде чем бежать, поразмыслить: чего он, в сущности, хочет? Просто поставить как данность ту цель, к которой он хотел бы приблизиться, вместо того чтобы наматывать бессмысленные круги, тратя угасающие силы на хаотичный бег.

Да, мы не в силах противостоять великой руке, бережно швыряющей нас пригоршнями, как сеятель разбрасывает зерна. Но мы в силах осознать движение этой длани и попытаться понять и представить себе в целом ту местность, в которую нас занесло.

Позвольте проиллюстрировать сии размышления короткой притчей.

На одной небольшой, но очень респектабельной помойке копошилось четырнадцать медведей (такие случаи, сколь бы они ни казались фантастичны в наш обезживоченный век, имеют место в некоторых диких местностях Земли, куда пришли уже человеческие помойки, как первые и единственные признаки цивилизации).

Молодой Медведь был одним из этих медведей, и никаких шансов записаться в «приличные люди» у него не было. Время шло, и ничего в мусорнике не менялось. Главный самец, жирный медведь Измаил

Потапович обладал мордой, не оставляющей никаких сомнений в том, что он может неожиданно и без видимой на то причины, как это всегда бывает у медведей, весьма крепко цапнуть, возможно, даже со смертельным исходом, разумеется, в отношении цапнутого. Измаил Потапович брал себе самый жирный мусор, а другим оставлял ошметки от того, что сам поедал и разбазаривал, на вид совсем уж неаппетитные.

Ну какие у Молодого Медведя были шансы выбраться из эдакого статуса помоечного медведя и стать приличным обитателем дикой непоруганной природы? Сказать по совести – шансов не было никаких.

А вот этот Молодой Медведь поставил себе простую и ясную цель – забраться в те леса, где воздух еще не отравлен запахом помоек, где лосось, идущий на нерест, блестит серебром чешуи и кажется не просто добычей удачной рыбалки, а сказочным воплощением самых сокровенных мечтаний, кроющихся в гусином пухе недр наших душ.