Резко встав, я стал нащупывать свою полку.

– Э-э, да он шконку найти не может! Может, проколоть все же глазки?

Я замотал головой. И быстро забрался.

Ах вот он, самый эффект! Ссыхаясь, мокрое полотенце сокращается и жмет. Умельцы! Хрящ, похоже, сломается. Такой боли ни в какой драке не имел – это что-то особенное.

Прерывисто дыша, я резко уселся, скинул ноги. Надеялся – может, такое мое дыхание их разжалобит?

Храпят хлопцы – один внизу, другой напротив. После трудного дня.

– С-с-с-с! – просвистел от боли. Глухо!

Ухватил сзади за узелок… мертво затянулся. Все, кранты!

И главное, не забывать надо, что это все – большая удача, что если полотенце сорву – по-настоящему уделают! Милостив Бог! Но несколько странен. Со всеми, что ли, так? Да нет, не со всеми: мне еще повезло! Другим кости ломают, а мне…

Я с ужасом ощупывал свою голову. Это не моя голова! Размером с апельсин и, наверное, будет уменьшаться! Полотенце-то еще влажное… и жутко горячее!

Я спрыгнул с полки… Пойду прогуляюсь… на прощанье с самим собой…

Фамилию, видимо, изменить придется. Красота! Возьму, например, фамилию Кьерк-егоров! Все равно никто уже прежнего не увидит меня! Или – Успрыгин! Бодро, динамично. Можно Маша Котофеева взять – все равно пол мой больше не заинтересует никого! Ну ты…

Котофеев! Стой!

Ротмистр Полотенцев – был такой персонаж в революционном фильме!

Я глухо захохотал.

Надо заболтать это дело, отвлечься! Языком ты владеешь, надеюсь?

И тут уж никто тебе не будет мешать! Свобода!

Какую же фамилию мне теперь подобрать – к уменьшенной голове?

Умыцкий. Бульдоцкий. Мамкер. Валерий По? Максим Канистров…

С-с-с! – сипя, обхватив головенку руками, метался по камере. Не дай бог – разбужу богатырей, решат доработать… Блукаев. Гунун.

Ядоха. Горпеня…

Утро тут бывает вообще?