– Не нравится мне здесь,- сказала Занна.- Давай-капо-быстрей выбираться отсюда.

Они прибавили шагу, потом побежали, перепрыгивая через клочья газет, носимых порывистым ветром, через консервные банки, через черные пластиковые мешки для мусора. Страшно им было в этом пустынном и мрачном лабиринте – они сворачивали то налево, то направо, потом снова налево и уже совершенно запутались… Вдруг Занна остановилась как вкопанная, и Диба ударилась лбом ей в спину.

– Ты что? – рассердилась она, но Занна приложила палец к губам.

– Тихо! Мне показалось…- проговорила она.- Слушай. Диба в страхе закусила губу. Занна несколько раз судорожно сглотнула.

Прошло несколько томительных секунд полной тишины. Затем издалека послышался едва различимый шум.

Это было негромкое шуршание, будто по земле катился легкий мячик.

– Кто это? – прошептала Занна.

В голосе ее одновременно слышались и надежда, и отчаяние. Кто знает, чего ждать от чужака в незнакомом месте: помощи или новых неприятностей?

Наконец она облегченно вздохнула и, усмехнувшись, показала пальцем на рваный пакет для мусора; он валялся неподалеку и шелестел на ветру.

Диба тоже вздохнула, уныло наблюдая, как, тихо шурша, пакет медленно приближается к ним. Вслед за пакетом признаки жизни стал проявлять и другой мусор: вот с дребезгом покатилась жестяная банка, зашевелилась измятая газета. Дохнул ветер, и из-за угла выбежал небольшой смерч и закружил стайку еще какого-то мусора. Девочки прислонились к стене.

– Надо срочно что-то придумать,- сказала Диба.

Она еще раз попробовала позвонить домой, но опять безуспешно.

– Диба,- прошептала Занна, глядя куда-то мимо нее. Диба подняла голову. Мусора вокруг них было уже куда