Передние копыта опускаются наземь, шея вытягивается вперед, я начинаю отводить руки назад и позволяю себе коснуться его шерсти, даря коню незаметную ласку. Набирая повод, я жду ощущения контакта с его ртом…
И не чувствую его.
Что-то не так.
Земля несется прямо в лицо, словно ноги Гарри ушли в грунт, не встретив сопротивления. Я ничего не понимаю, ведь мы взяли препятствие и я обратила внимание, правильно ли пошли вперед и вниз его ноги. Страха еще нет, я успеваю лишь рассердиться — да что такое, в самом деле?
А потом — взрыв. Оглушительный удар оземь. И вселенская чернота.
Через некоторое время появляются разрозненные промоины света и цвета. Они вспыхивают и угасают, как огоньки стробоскопа. Смутные голоса: «Господи, господи… Ты меня слышишь? Не трогайте ее! Дайте пройти!..»
И вновь чернота, ее пронзают белые молнии и ритмичное «та-та-та-та» лопастей вертолета. «Аннемари, ты меня слышишь? — вопрошает чей-то голос. — Аннемари, не уходи, только не уходи от меня…» И я страстно желаю, чтобы эта женщина замолчала, потому что мне хочется тихо уплыть поглубже во тьму. Наконец мне это удается. Как же хорошо в тишине!
Интересно, а где Гарри? Он тоже здесь?..
Глава 2
…Гарри покинул меня навсегда, хотя я узнала об этом почти три недели спустя. Когда мы с ним грохнулись на двойном оксере, его путовая кость — самая крупная из трех косточек между копытом и пястью — разлетелась на девять обломков. Еще он сломал лопатку, грудину и таз, но именно перелом путовой кости погубил его. Девять обломков никакой врач не сумел бы собрать воедино, и Гарри пристрелили на месте.