— Ты должен был дать сдачи, — сказала она.

— Но их было двое, — возразил Юаким.

— Тора не в счет. Она делает только то, что ей велит Юлия.

Юаким пошел по улице.

— Куда ты? — спросила Сара.

— Я ищу па... Я ищу отца, — ответил Юаким.

— Понятно. Опять сбежал?

Опять сбежал!

Юаким в ярости повернулся к Саре. Ее это не касается. И она не смеет так говорить о его папе!

— Не твое дело! — сердито сказал он,

— Конечно, не мое. Я этого и не говорю. Я только спросила...

— Не глухой, слышал, о чем ты спросила! И нечего об этом спрашивать!

Сара с угрозой поглядела на Юакима.

— Полегче, я тебе не Юлия!

Юаким замолчал.

Сара никогда не была такой, как Юлия. Она была гораздо хуже. Сара могла быть только Сарой! И тогда хуже нее не было никого на всей улице, если не считать больших мальчишек, которые всех дразнили.

— Сейчас я найду Рогера, — сказала Сара. — Ты его не видел?

Юаким помотал головой.

— Ладно, — сказала Сара. — от меня ему не уйти. Небось, прячется где-нибудь в парке. Мама сердится, он стащил у нее последнюю пачку сигарет. Если я встречу твоего отца, я передам ему от тебя привет и скажу, что ты его ищешь.

8

И тут Юаким увидел Май Брит.

Она неподвижно стояла на тротуаре. Прямая, как свечка. И не шевелилась. Словно ее заколдовали.

Из-под вязаной шапки выбивались светлые волосы. Никто из детей еще не носил зимних шапок. Пальто на ней было теплое. Никто из детей еще не носил теплых пальто.

На ней были сапожки. Желтые с белым кантом. В его классе в таких сапогах ходили только мальчики.

Юаким смотрел па нее.

Он никогда не видел более красивой девочки.

Она училась во 2 «Б», а Юаким — во 2 «А». Их классы были рядом друг с другом.