— Парня зовут Стив. Очевидно, дочь решила, что фамилию называть не стоит.

— Стив… Да. Точно, Стив! Он как-то пару раз заходил днем. Очень славный мальчик.

Стрэнд вздохнул.

— Думаю, ты бы изменила мнение о прекрасной и невинной молодежи, если бы тебе, как мне, приходилось воевать с этими чертенятами по пять дней на неделе.

— Попроси, чтобы тебя перевели в более приличную школу, — сказала Лесли. — Я тебе тысячу раз говорила…

— Лучше скажи это Совету по вопросам образования. — Стрэнд взял еще одно печенье. — По их мнению, такого понятия, как приличная школа, просто не существует. К тому же мне нравится принимать вызов. Да каждый дурак может преподавать в Сент-Поле

— Ты позволяешь помыкать собой всем и каждому! — сказала Лесли и гневно тряхнула головой.

Стрэнд снова вздохнул. Ну вот, завела свою песню…

— Знаешь, — буркнул он, — готов поспорить, что жена герцога Веллингтона тоже считала, что он позволяет собой помыкать.

Лесли хихикнула.

— Как только ты начинаешь засыпать меня именами разных исторических личностей, я тут же теряюсь, — призналась она. — А ну, прочь из кухни! Мне надо сосредоточиться на приготовлении обеда.

— Кстати, запах просто божественный!.. Что там у нас?

— Пикката из телятины и пиццайола. Правда, оставь меня в покое. Хочу настроиться на итальянский лад.

Выходя в столовую, Стрэнд обернулся и заметил:

— Надо все же попробовать убедить Джимми, чтоб не врывался в комнаты без стука. Особенно по выходным.

— Он твой сын. Вот и убеди, — ответила Лесли. И жестом показала: вон отсюда!

«Что ж, — подумал Стрэнд, снова усевшись за стол и взяв газету, — одно совершенно ясно: нам с женой всегда есть о чем поговорить».