– Ты чего такая? – услышала она со спины голос мужа. Тот, оказывается, сидел на корточках, прислонившись спиной к стене, и покуривал в кулак. – Испугалась, что ли?

Гера обессилено опустилась на колени перед Мусой.

– Муса, тебе нужны были гарантии? Так вот – гарантии, – и последнее слово она произнесла с таким апломбом, что все поняли: да, гарантии.

Неожиданно она забеременела. Естественно, что от мужа, ведь от жарких поцелуев не беременеют. Ощущения были, что и говорить, острые. В беременности было что-то такое, чего на пике не было, однако вкупе с вышеупомянутым прекрасным чувства Геры обострились в десятки раз. И пришла пора рожать, и даже отошли первые воды… Вот тут-то и началось самое интересное.

Волна околоплодных вод достигала двадцатиметровой высоты. Стихия бушевала не менее трех с половиной часов, в результате чего образовался водный массив, по площади равный Азову. Ребенка не было.

Отошли и вторые воды, на сей раз совершенно спокойно, без волн, но сила потока была тоже велика, и за три недели море околоплодных вод затопило собой территорию, равную странам Бенилюкса. Плод все еще не появился.

Третья вода была замечена с полуострова Калифорния спустя сутки. МЧС

России мобилизовало в район стихийных бедствий весь свой контингент, однако всем заранее было ясно, что спасать будет некого. Одним

Черным морем стало больше, и двумя сотнями тысяч человек, судя по последней переписи в данном регионе, меньше. А ребенка, естественно

(и это было понятно с самого начала), не было. То ли Гера была беременна водой, то ли ребенка вынесло этими же водами, но, когда девочка очнулась на берегу незнакомого ей моря, по пояс в теплой мутной воде, без трусиков, ребенка рядом она не обнаружила.