На монитор выскочило и раскрылось какое-то служебное сообщение. Целое мгновение я вчитывался в него, пытаясь уловить смысл, затем свернул и поднял взгляд на дикого.
— Правительству остался месяц, — оторвавшись от монитора, продолжил я. — Не спрашивайте, откуда я знаю, все равно не скажу.
— Не такая уж это…
— Это будет не отставка. На этот раз всё куда серьезнее. К власти придут экологи.
Эта новость, похоже, ошеломила дикого. Он бросил на меня пристальный взгляд и задумался на целую минуту. Экологи… Еще одно слово, смысл которого изменился до неузнаваемости.
— Так это их план? — наконец, спросил он.
— Их, — подтвердил я. — Чрезвычайное положение. Тотальная чистка аппарата. Всеобщая национализация. Введение жесткого возрастного ценза…
— Где?
— Везде! «Тебе пятьдесят? Отправляйся в хоспис!»
— …и принудительная массовая стерилизация, — задумчиво продолжил гость и внимательно посмотрел на меня. — Почему? Почему вы нам это сообщаете?
Я подошел к сидящему в кресле дикому и наклонился вплотную к его лицу. Так мы и смотрели друг на друга: глаза в глаза, лицом к лицу.
— Я не хо-чу в э-том у-част-во-вать! — по слогам произнес я.
И отшатнувшись от кресла, добавил:
— А мне придется… как государственному служащему. Я понимаю, вы мне не верите. Но у вас будет доказательство моей искренности уже сегодня. А завтра я сдам вам негодяя, напрямую причастного к экологам…
9