Сванидзе не ответил. Кресло медленно повернулось. На Черного Ягуара внимательно смотрел изможденный старик, лицо — все в мелких морщинах и глубоких трещинах, кожа — белая, сухая, неживая, давно забывшая дневной свет. Редкие седые волосы на висках еле-еле прикрывали круглую плешь на макушке. Руки — белые, мощные, с огромными вздутыми черными венами. Ноги — тонкие, мертвые, сразу видно, что мышцы парализованы. Ничего против Черного Ягуара старик не сможет предпринять. Черный Ягуар слегка расслабился, обмяк. Но провести себя не дал.

— Тебе пора умереть, старик, — сказал он. — Не беспокойся. Ты умрешь легкой смертью. И у нас будет еще час на то, чтобы поговорить. Если ты и впрямь этого хочешь. — Черный Ягуар подошел к креслу, хотел дотронуться до старика, но тот отвел его руку в сторону.

— Подожди, — сказал он. — Что это будет? Яд?

— Да, — ответил Черный Ягуар. — Паутинный укол. Ты ничего не почувствуешь, но через час заснешь.

— Хорошо, — согласился старик. — Позволь мне только помолиться перед смертью.

— Это лишнее, — возразил Черный Ягуар. — у тебя останется время и на это, — тонким, едва заметным движением он коснулся шеи старика, — Вот теперь все готово. И мы можем побеседовать. Или ты можешь помолиться. Я так понял, ты веришь в Бога?

Старик показал ему на стул, Черный Ягуар, подумав несколько мгновений, решился и сел на него по-турецки, держа в поле зрения дверь и окно.

— Да. Я верю в Бога, — спокойно подтвердил старик. — Скажи, как зовут тебя?

— Зачем тебе это знать?

— Я давно тебя ждал. А сегодня почувствовал — придешь. Признаться честно, я думал, ты будешь совсем другой. Знаешь, ты мне нравишься. Хотелось бы побольше узнать о тебе.

— Зачем? — повторил Черный Ягуар. — Твое знание исчезнет вместе с тобой.

— Ты так думаешь? — спросил старик. — Я уверен, что до конца не умру.