— Бабушка говорила.

— Странная у тебя была бабушка, — усмехнулся Черный Ягуар. — Может, все старики странные? — он достал из кармана крестик. — Вот, держи, это тебе на память. Только никогда никому не показывай. Хорошо?

— Хорошо, — сказала Гуля. — Иначе придет плохой человек?..

— Ну, в общем да, — он вложил крестик ей в ладонь.

— У меня тоже есть крестик, — сказала она и вдруг сняла с шеи шнурок, к которому и впрямь был прикреплен крест. — Возьми. Это тебе!

— Смотри, вон стоит мама, видишь? — показал он на памятник, около которого, озираясь по сторонам, стояла женщина с большим пакетом в руках. — Беги!

И она побежала. А Черный Ягуар остался. Так и не удалось ему избавиться от креста. Был один, стал другой. Он вздохнул и положил крестик в карман. Было без десяти минут двенадцать. Работа выполнена. Осталось только позвонить диспетчеру и отчитаться. И еще два часа до звонка Лорду. Времени пропасть. Ох, сколько же у него сегодня беспокойства. И сколько всего он должен еще обдумать…

14

Холодом веет

отраженье во льду.

Дыхания нет.

В детстве время мягкое как пластилин. Мнешь его, мнешь, лепишь, что душа пожелает. Маму с распущенными волосами. Завтрак — молоко и оладьи со сметаной. Отца, что на работу уходит. Двор с качелями. Заброшенную стройку по соседству. Саньку Кротова из дома напротив. До вечера столько всего успеешь! А вечером высыпешь из карманов, сомнешь в большой комок и положишь снова в коробку. Пойдешь, руки вымоешь, маму поцелуешь — и под одеяло спать. А коробку под кровать задвинешь. Сколько пластилина с рук водой смыло — совсем чуть-чуть. Только всё легче коробка. Все меньше в ней пластилина. Жалко его тратить на ненужные встречи.