В Кремле пьют шампанское. В штабах «Яблока» и СПС пьют чашу слез. Во Владивостоке пьют болотную воду. Коммунисты вообще не пьют. Исполнительная власть празднует триумф. Отныне страной руководит партия ментов и пожарников. В Думе нажимаешь кнопку для голосования — отвечает отделение милиции. В думском туалете потек бачок — приезжает МЧС.

Аналитики обсуждают итоги выборов. Говорят о победе фашизма. О переделе конституции. Профессор-политолог снимает «очки-велосипед», объясняет, что случилось в стране. «Видите ли, у Путиных ощенилась собака. Число черных щенков соответствует числу думских партий. Рыжего щенка в Думу не пустили».

Но если без сук и щенков, то в стране произошел передел не только экономической, но и политической собственности. Исполнительная власть стала единственной хозяйкой России. Законодательная власть подергалась, как висельник в петле, и затихла. Судебная власть под мантией носит милицейскую форму. «Четвертая власть» управляется «маманей» из администрации Президента и отдается только за деньги.

В России на пятнадцатый год «реформ» сложился централизм с предвыборными щитами, на которых лоснятся генералы и министры. Демократия напоминает искусственную лужковскую елку со множеством картонных хлопушек. Зачем было разрушать «тоталитарный» Советский Союз? Отдавать азербайджанскую нефть и узбекский хлопок, казахстанский уран и украинский хлеб, прибалтийские порты и грузинские курорты? Чтобы через пятнадцать лет оказаться в нищей, дурной стране, управляемой участковым?