Поликарпов обязан ее взбодрить, поэтому произносит как военный:
– Пводолвайте! Продолжайте в том же ключе! Это даст плоды!
Рита в тон берет под козырек:
– Ефть!
Она задумчиво смотрит вслед Поликарпову. Потом одергивает себя.
– Ой, зачем смотвю? Фу, какая я какафка!
2. Что повышает прозрачность мочи?
В холле Поликарпов натыкается на сцепившихся сестер-писательниц Корнейчук. Анастасия – бойкая худышка, а Мария – пышный пончик. Они пытаются лягнуть друг друга, очки (и той, и другой) давно валяются на полу вдребезги. Между сестрами – топчется огромный Влад. Больше всего на свете он не переносит женских драк и женских слез.
– Черная, завистливая душа! – пыхтит Анастасия. – Вампирша! Это ты меня сделала невротичкой, ты! Ненавижу твои свинячьи глазки!
Мария, перетаптываясь как Винни-Пух, вторит:
– Как я отупела от тебя, как я отупела!
Доктор Поликарпов тоже бросается разнимать. Он хватает в охапку Марию и бравурно напевая «пам-па-пам-па-пам-па-па» танцует с ней что-то вроде танго.
– Танцуйте, Влад, дамы любят танцы! Не стойте как вкопанный! Пам-пам-па-па-пам-па-ра!
Влад, подражая Поликарпову, хватает в охапку Анастасию и тоже трясет ее движениях танго.
Мария заметно успокоилась, по телу ее разливается что-то.
– Внешне я, конечно, свинюшка, как Вы знаете… Но при этом у меня такой острый язвительный мозг, что я просто не знаю…
– Классический случай горя от ума, – кивает Поликарпов.
– Как страшна энциклопедичность Ваших знаний! – заявляет Мария.
Мимо проходит медсестра Вера – старая дева в толстых очках, добрейшей души человек. Вторые очки (еще толще и страшнее) болтаются спереди на цепочке.
Вера негромко поучает Марию:
– Маша, получайте больше положительных эмоций. Это повышает прозрачность мочи.
– Давно доказано, – подтверждает Поликарпов.
Анастасия тоже обмякает в крепких руках Влада: