Геннадий почти вовремя вернулся к своим собранным чемоданам и к жене. Она уже лежала в постели, и ее лицо блестело от ночного крема. Он как бы приплыл в свою собственную пристань. В душе у Геннадия даже шевельнулось чувство раскаяния. Всё, в последний раз! Вот ведь удивительно, женился по расчету, а живет, кажется, по любви. Их ночь была полной, влажной и мучительно прекрасной. Так и надо жить, пока они оба молоды, а выспаться можно и в самолете.

Но Геннадий не знал, что обаятельный арабский мальчик за несколько дней до этого таким же образом встретился с замечательным средних лет русским джентльменом. На шее этого джентльмена бугрилась золотая цепь, на которую вполне можно было прицепить люстру в холле гостиницы. Джентльмен заплатил за полученное удовольствие крупную сумму – сто долларов, и мальчик был очень доволен этой свалившейся на него внезапной удачей. Джентльмен с размахом доживал жизнь. Ему уже довольно давно был диагностирован иммунный дефицит. Мальчик обо всем этом тоже, естественно, не знал.

4.Очень молодой будущий лидер

От острого взгляда двадцатипятилетнего провинциала Стасика, конечно, не ускользнул пошлый романчик, который его соотечественница нотариус Алла завела с местным официантом, и он уже три дня следил за теми из новых русских, которые пускали слюни на развратного мальчишку, раздающего на пляже полотенца. Он знал почти всех. Энергичный Стасик еще в Москве, при посадке в самолет в Шереметьево, постарался перезнакомиться со всеми своими попутчиками, кто летел в Хургаду, в отель "Сказки Шехерезады". Стасик знал о свиданиях Аллы с этим самым смугло-шоколадным Али еще и потому, что жил в номере рядом. Специально он, как благородный человек, ничего не выглядывал. Но если перегнуться через стенку, разделяющую два балкона – его и этой слабой на передок дамочки, можно было многое увидеть.