– Хм-м. А если вскользь… как ты думаешь?

– Не стоит. И мне кажется, чем скорее мы уедем на уик-энд к Одморам, тем лучше.

– Клер!

– О, Пинки, надеюсь, все будет хорошо, неудачного замужества Грейс я не переживу. Сложится ли у них все так же удачно, как у нас? Как все мучительно сложно. Мне с тобой никогда не надоест разговаривать, пусть пройдет и сто лет.

– Не беда, если они и не будут много разговаривать. Рецептов семейного счастья столько…

– По-моему, устроить надо в Аббатстве святой Марии или как оно называется, как ты считаешь?

– Ты имеешь в виду венчание? А почему не в святого Георгия, на Ганноверской площади?

– Потому что к нам ближе Баркерс, а не Гарродс, и потому, что там наш приход.

– А пастор не станет возражать? Мы там так редко появляемся. Я не был с крестин Патрика.

– Я знаю пастора, он член бридж-клуба Пенни Сейс.

– А ты уже сказала Элисон?

– Бедная мама, сейчас я ей уже не звоню, это слишком больно. Говорила с Лотти, она ей передаст.

– Ну и как Шарлотта отнеслась?

– Сухо. Удивилась, что Грейс так спешит. Бедная старая Лотти, вечно она недовольна, вечно пытается съязвить.

– Старается нам немножко досадить, это вполне естественно. Она нас любит и в то же время чувствует обиду. Отношение старшей сестры к младшей всегда бывает несколько двусмысленным, особенно когда младшая удачно вышла замуж, а старшая не вышла вообще.

– И еще добавь, не забудь, – вышла за человека, в которого старшая была влюблена.

– Если и была влюблена, то оставила все это в далеком прошлом.

– Я бы не судила слишком поспешно. Шарлотта – это шкатулка с секретом. И я не знаю, что она задумала.

– Тут нет никаких тайн, Клер.

– Голова на то и дана, чтобы задумывать нечто. Вот, например, ты, Пинки, о чем ты думаешь? Мы беспрерывно с тобой беседуем, как бы ничего не скрывая, но твое «я» для меня по-прежнему – абсолютная загадка.