– В Сантьяго, чилийской столице, Лера уползла от матроса, который стал ей почти родным. Но долг – есть долг, цель – есть цель, и черепаха Лера, пролив несколько горсточек слез, покинула товарища. Она уже знала, что делать. Найдя укромный безлюдный берег, она... она... она... начала строить плот.

– Замечательно! – улыбнулась Полина. – Черепаха строит плот. Тюк-тюк топором и готово.

– Ну не строить... Ты ведь была на морском берегу... Там столько всякого мусора со всего света, что найти что-нибудь похожее на черепаший плот – пара пустяков. И Лера нашла прекрасный пенопластовый черепаший плот, проделала в нем пять дырочек для надежного закрепления ног и хвоста, дождалась попутного ветра и поплыла. Ты вот скептически смотришь... – опередил Папа Полину, приготовившуюся высказать свое "фи!" по поводу целенаправленных путешествий на плотах. – Ты думаешь, плот в океане, что щепка: не знаешь, куда поплывет? Нет, это не так. Наша Лера еще в родной пустыне вычитала, что точно от этого места близ Сантьяго до Черепашьего острова протягивается замечательное своей быстротой морское течение...

Но вернемся к нашей истории. Путешествие было хоть куда – в воде было полно арбузных корок, которыми черепаха Лера, став морячкой, полюбила завтракать. Иногда ей удавалось полакомиться и мальком, случайно заплывшим в ее опушенный в воду рот. Но в жизни хорошее редко продолжается долго...

– Да... – вздохнула Полина, – Вкусные конфеты быстрее всего кончаются. А в парк придешь с вами – глазом не моргнешь, как надо уже уходить...

– Видишь ли, если хорошее продолжается долго, то перестает быть хорошим... Хорошее – это то, чего чуть-чуть или в меру. Так вот, началась буря, или, как говорят моряки – шторм. И через час или два, а, может быть, и сутки, черепаший плот перевернулся...