– Вам лучше знать, – сухо ответила контролерша.

– Фиалочка, посмотри в сумке, хватит ли нам, – крикнула Мими, хотя прекрасно знала, сколько у них осталось денег.

– Всего два лева…

– У нас всего два лева, – сообщила Мими контролерше.

– Тогда я отключаю свет.

– Ну зачем отключать… Мы завтра же заплатим…

– Хорошо, а не заплатите, я вывинчу пробки, так и знайте. Учтите, я к вам второй раз прихожу.

– Вот зануда, – возмущалась Мими, выпроводив ее. – Подумаешь, второй раз она приходит. Других дел у нас нет, как дома сидеть – контролеров ждать.

Она взглянула на часы и заявила:

– Ладно, пошли. Успеем еще забежать в «Алый мак».

– Давай лучше уберемся.

– Не хочется. После уберемся. Мне бы сейчас чашку кофе… да настоящего.

Виолетта покорно встала и сняла с вешалки темно-синее пальто, старое пальтишко, еще со времен ее последнего повышения. Одеваясь, она невольно отмечала, какой беспорядок у них в комнате – остатки вчерашнего ужина на столе, разбросанная одежда, неубранные постели. Белье тоже уже пора менять, и эту посекшуюся от стирки наволочку с большим желтым пятном слева. Ведь убираться Мими, как всегда, предоставит тебе.

В «Алом маке» – новом кафе возле недавно построенной гостиницы – два столика были заняты артистами их театра, с которыми Мими поддерживала только официальные отношения. Зато за третьим сидела, скучая над уже пустой чашкой, Таня.

– Девицы опять проспали, – установила она, когда подруги уселись против нее.

Вместо ответа Мими подняла руку с двумя вытянутыми пальцами – знак победы, в данном случае означавший весьма прозаический заказ: «два кофе».

– Какая ты сегодня мрачная, – заметила Таня.

– Вот ты меня и развеселишь.

– Не представляешь даже, как ты угадала. Вчера нашей Ольге не повезло – подвернула ногу.

– Ну, ей подножку никто не подставлял, – буркнула Мими. – Сама виновата.