Незадолго до выписки еще раз пришел Валера, принес опять же кефир и печенье принес, “Радость детства ” печенье.

“Понимаешь, они тебя изведут. Тебе не ужиться с Аглаей ”.

“ Понимаю, – сказал я,- а что же мне делать? ” “Главное, не делать глупостей ”,- дал Валера дельный совет. “Ну спасибо, Валера ”.- “А что? Тебе нужен покой. Плюнь на эту квартиру. Пока. А потом – видно будет… Давай сделаем так. Мы сейчас поживем у тебя, поприсмотрим с Надеждой за комнатой… Ничего, у нас получается, мы справляемся, ты не волнуйся… А ты… Ты пока что у Надькиной тетки поселишься, есть каморка свободная, в двух шагах от

Сенной… Комфорт не обещаю, но зато в центре города, вид из окна, сам понимаешь, и второе – отдохнешь, расслабишься, она бандитов боится, не хочет одна… По крайней мере не сумасшедший дом, это я тебе гарантирую.

Соглашайся. Ну? ”

“Гну ”,- сказал я Валере. Он был прав. Возвращаться мне не хотелось. Я хотел сменить обстановку. “Тетка-то, – спросил я,- наверное, сильно ненормальная?” – “Нормальная тетка.

С ней Надька жила. Соглашайся ”.

Я подумал: “Пожалуй ”… И ответил: “Давай ”.

Глава 2. Сенная

Пока я лежал в больнице, многое у нас изменилось.

Петербург, в частности, стал опять Петербургом, а был последний раз Ленинградом. Не чудо ли это? В Петербурге я вышел на волю, а стукнуло меня в Ленинграде еще. Как для других, не знаю, но по мне метаморфоза Ленинград -

Петербург – далеко не формальность. И отчасти еще потому, что я перебрался – буквально: из бывшего ленинградского сталинского дома возле парка Победы – в бывший доходный петербургский дом в трех шагах от Сенной.

Екатерина Львовна жила на последнем этаже, кажется, на пятом или на четвертом, – я так и не сосчитал, сколько этажей в этом доме: кажется, пять, а может, четыре…

Может быть, шесть, не считал… В любом случае, чтобы к себе попасть, я должен был еще повыше подняться по деревянной скрипучей лесенке, потому как жилище Екатерины