Ладони вспотели, лоб покрылся испариной и нещадно зудел, все тело бил озноб, голос дрожал, сердце учащенно билось: его поджаривали Микроволновой Пушкой, обрушивали смертоносные потоки радиации, перегрели тело до такой степени, что пот уже стекал ручьями по спине; он стал похож на перепуганного школяра.

Негодяи! Конечно, ему ни разу не удалось засечь эту Пушку; они были умны, столь же умны, сколь и изворотливы.

Раньше он кидался в соседние комнаты, бегал на лестничные площадки верхних и нижних этажей, высовывался из окна, чтобы увидеть зависший вертолет, — и все безрезультатно, однако ему было доподлинно известно, что они где-то поблизости, он прекрасно знал, что они затевают.

Так вот, его привели к начальнику Управления дорожно-ремонтной службы муниципального округа Айлингтон, на Севен-Систерс-роуд; он стоял посреди кабинета на втором этаже, едва не упираясь головой в потолок, обливался потом и не понимал, почему они не могут просто взять и уволить его без лишних слов, почему он должен выслушивать, как его распекают, и от этого у него защипало в глазах, а в ноздри ударил запах собственного пота.

— ...все надеялись, что такое больше не повторится, Стив, — бубнил мистер Смит, не выходя из-за узкого письменного стола, — и вы сумеете упрочить свое положение в коллективе, установив рабочие отношения позитивного свойства с остальными членами дорожно-ремонтной бригады, которые, надо отдать им должное, и вы, я полагаю, не станете с этим спорить, сделали все от них зависящее, с тем чтобы... э-э-э...

Мистер Смит, мужчина лет сорока, с пухлыми мешками под глазами, навис над завалами бумаг и разглядывал ручку-маркер, которую крутил в пальцах. Стивен, наблюдавший за траекторией ручки, на мгновение застыл как околдованный.