Двигатели выключились, и вместо них включилась невесомость. В модуле стало неуютно. Плохо закрепленные тяжелые аккумуляторы толклись в воздухе и больно пинали под ребра. "Пора!" - решил агент и, достав из рюкзака скафандр, облачился. Затем с сожалением посмотрел на приборы и открыл люк. Засвистел воздух, скафандр раздулся, самописцы у стены вздрогнули и затрепетали. Агент удивленно глянул на них и шагнул в грузовой отсек.
В отсеке царил мрак. Вопреки ожиданию, корабль не раскрывал створки трюма, а фонарик у агента давно уже сел. Ощупью найдя люк, агент не без труда проник в кабину и вплыл на верхнюю палубу. Глазам его открылось зрелище, которым он грезил все последние дни. Перед широким остеклением и тускло мерцающими приборами в удобных катапультных креслах сидели два манекена. Манекен, сидевший слева, сжимал ручку управлению. По кабине змеились кабели, жгуты, трубки, протянутые поверх приборов от одних стоек к другим.
Продравшись сквозь паутину проводов, агент подплыл к манекенам, высадил одного из них из кресла, сел на его место, пристегнул ремни и гордым взглядом обозрел пульт.
Он все-таки сумел! Пробрался сквозь суровые препоны русского режима, козни КГБ, грозные опасности космоса, стал хозяином самой замечательной машины, когда-либо бывшей во власти человека! И теперь его страна, его свободная звездно-полосатая сияющая Америка получит свой пятый корабль, получит не через три года, а сейчас, сегодня, через какой-нибудь час!