Мне показалось, что я лечу куда-то в пропасть.

— Сентиментальный Сид? Сид? Сидней? Братец Сидней! Разрази меня гром, Дживз, ты думаешь, этот викарий — Сентиментальный Сид?

— Да, сэр.

— Но как же так? У него даже воротничок сзади застёгнут, и вообще, я хочу сказать, он обманул бы самого епископа. Ты действительно считаешь, что он Сентиментальный Сид?

— Да, сэр. Я узнал его, как только он вошёл в комнату.

— Ты его узнал?

— Да, сэр.

— Пропади всё пропадом! — в сердцах воскликнул я. — По-моему, ты мог бы предупредить меня, Дживз!

— Я решил, что неприятной сцены можно будет избежать, если я просто вытащу футляр из кармана мошенника, когда буду подавать ему пальто, сэр.

И, клянусь своими поджилками, он положил на стол второй футляр, который как две капли воды был похож на первый. А в футляре лежало старое, доброе ожерелье, поблескивавшее как чёрт те что и улыбавшееся мне приветливой улыбкой. Я посмотрел на сметливого малого, чувствуя слабость в коленках. Я был потрясён до глубины души.

— Дживз, — сказал я, — ты гений!

— Да, сэр.

У меня словно гора с плеч свалилась. Благодаря Дживзу я не выкинул на ветер несколько тысяч фунтов.

— Ты спас меня от разорения, Дживз. Я имею в виду, даже у такого жулика, как Сид, вряд ли хватит нахальства потребовать, чтобы я вернул ему этих маленьких красоточек.

— Вы безусловно, правы, сэр.

— Ну, тогда… Послушай, а может, жемчуг поддельный или какой он там бывает?

— Нет, сэр. Это — настоящий жемчуг, и очень ценный.

— Значит, прах побери, я внакладе не остался! Полный порядок, Дживз! Может, я и потерял сотню фунтов, зато приобрёл ожерелье — высший класс! Я прав или нет?

— Думаю, нет, сэр. Мне кажется, ожерелье придётся вернуть.

— Что? Сиду? Ни за какие коврижки!

— Законному владельцу, сэр.

— Законному владельцу?

— Да, сэр. Мисс Грегсон.

— Что?!