Никто из нашей кампании в науку не подался. Лишь Витька защитился быстро и преподавал — а потом в Америку слинял. Я тоже преподавал, но немного, всего пару лет, а после занялся практической деятельностью. У Степана, как он говорил, с диссертацией не заладилось, так что Светка на этой стезе продвинулась дальше других. Зато многие из наших приобщились к журналистике: Касьян и Рита вообще многие годы этому посвятили, а Веня только недавно ушел с поста главного редактора областной молодежной газеты.

Постепенно разговор перешел на Касьяна. Последние от него новости были из Милана. Якобы, он сидел там, и ждал погоды, не мог вылететь. Светка держалась тактично, все же прочие скептически относились к возможности его появления. Прошлый раз всех собрал именно он — и как-то разом кампания решила, что собираться отныне станем ежегодно. Касьян вроде не возражал. Да ему и легче, чем другим: он бизнесмен, своя фирма, в любой момент может поехать, куда душе угодно. И Сашка у него работает, вместе могут приехать.

Касьян, Сашка и Женька были не только членами нашей кампании. Они учились в одном классе, а до университета участвовали в самодеятельном народном театре. В университет они попали разными путями — кто после армии, кто — с подготовительных курсов, и оказались все на разных курсах. Факультет, слава богу, был один. И вот сейчас Женька в Канаде, а Сашка, чей бизнес потерпел крах, ушел работать к Касьяну и переехал в Москву. Разговор повернул на Касьяна не просто так — после обеда ожидался приезд Риты.

Рита еще в студенческие времена неровно дышала к Сашке. Но тот женился на другой, и они долгие годы не виделись. В прошлую нашу встречу Ритуля добилась от мягкосердечного Лени того, что он поселил ее в ту же гостиницу, где жили Сашка с Касьяном. Касьяну в итоге пришлось ночевать на кресле в номере Олега. Сейчас все понимали, что Сашка без Касьяна точно не приедет, и Рите предстоит пережить не маленький облом.