Моя кузина Фэйс хранит в багажнике своего «ауди» набор косметики «Эсте Лаудер» из 48 предметов и зеркало с подсветкой, и, если кто-то вздумает ее похитить и под дулом пистолета заставит спуститься в темное подземелье, она всегда готова предстать перед Создателем со свежим слоем блеска для губ и тона для лица. Не знаю, как это характеризует Фэйс, но обо мне это говорит многое, – я потратила четыре часа, помогая ей выбрать тени для глаз нужного оттенка.

Багажник моей матери всегда безупречно чист; единственная вещь в ее БМВ – это привинченное к полу устройство автоматической смены компакт-дисков. В свое время туда загружались хиты святой троицы (Барбры, Барри и Бетт

– Он опять воет. – Этими словами мамуля встретила меня в дверях своего кондоминиума. Ее объятия показались мне чересчур крепкими. То ли ее руки стали короче, то ли я опять растолстела. Лучше об этом не думать.

– Кто воет? – спросила я.

– Браслет. Проклятый ножной браслет.

Я посмотрела на браслет у нее на ноге. Носить электронный браслет ее приговорил суд, это устройство, которое через приемник, заделанный в кухонный пол, сообщает о любых перемещениях моей матери на контрольный монитор в один из городских полицейских участков. Пока единственный звук, который издавал браслет, было негромкое постукивание металлического корпуса о костлявую ногу.

– Мамуля, я не слышу никаких гудков.

– Сейчас он молчит. Он взвыл, когда я вышла из дому…

– Когда именно?

– Я пошла в супермаркет. Я знаю свои права, мисс Адвокат. Я слышала, что сказал судья.

Что сказал судья, слышали мы все. Когда он оглашал приговор, вид у него был далеко не радостный. Судья устал, как и мы все, и хотел, чтобы моя мать покинула зал суда как можно скорее. У них сложились, мягко говоря, натянутые отношения. Большая часть их бесед протекала примерно в таком духе: