Как и было предусмотрено при его искусственном зачатии, у Гендиректора сформировали невысокий уровень агрессивности, но вот коэффициент садизма почему-то немного превышал норму. Поэтому приёмная была устроена несколько своеобразно. Начать с того, что посетителю предлагался не стул, а глубокое мягкое и очень низкое кресло. Таким образом, лицо посетитея сразу же оказывалось чуть ли не на уровне пупка Гендиректора. Мало того - посетитель проваливался в невероятно неудобное кресло и постоянно барахтался там, пытаясь найти позу поудобней и поустойчивей, так что сразу же начинал себя чувствовать смешным и подавленным. Мало того - кресло стояло боком к столу Гендиректора, и посетитель вынужден был выворачивать шею, чтобы смотреть прямо в лицо собеседника. Но и это ещё не всё: свет настольной лампы как бы случайно был направлен в лицо посетителя, слепил его и не давал сосредоточиться на мыслях. Таким образом Гендиректор сразу же демонстрировал своё превосходство, а его собеседники были подавлены и сломлены. Гендиректор заранее радовался, что, никак не нарушая политкорректности, он сейчас поставит эту девицу на место и ясно покажет ей кто есть кто.

Однако всё произошло совсем не так, как предполагал Гендиректор. Провалившись в дурацкое кресло и чуть не ослепнув от света настольной лампы, Эвтаназия тут же встала и заявила: "Знаете, ваше кресло мне не подходит, и, пожалуйста, уберите этот свет, он слепит мне глаза!" Затем взяла нормальный стул, пододвинула его к столу Гендиректора совсем с другой стороны и, как ни в чём не бывало, уверенно села, ещё и задрав при этом ногу на ногу.

У Гендиректора отвисла челюсть - надо же, такое в его жизни случалось впервые! Ну и девица! Он взглянул на Эвтаназию уже с некоторым интересом - пожалуй, в прошлом веке её лицо можно было бы назвать даже красивым...

Тем временем Эвтаназия излагала суть своего делового предложения, которое, по её мнению, могло принести клубу не только дополнительный успех, но и ощутимый денежный доход.