Доктор Филдинг выпрыгнула из слива и схватила с полочки коробок спичек. Чиркнула — и поднесла к трубке мешка, приказав:

— А теперь сожми его!

Ульф сжал, как велели. Длинный язык огня достиг дверей и вырвался наружу.

— Ух ты! — сказал Ульф, — Драконий огонь!

Мешок постепенно опустел, и пламя иссякло.

Орсон всунул голову внутрь.

— У вас тут все в порядке?

— Все идет как надо, спасибо, — отозвалась доктор Филдинг.

Перешагнула слив и вернулась на операционный стол.

Запустив обе руки в развороченное чрево дракона, она ощупала пальцами желудок.

Вскоре доктор Филдинг обнаружила, что одна из стенок желудка была разорвана.

— Разрыв… — пробормотала она себе под нос.

— Ух ты! А воняет-то… — сказал Ульф, уловивший запах последнего драконьего обеда.

Доктор Филдинг просунула руку внутрь желудка и вытащила полу переваренные останки кугуара — горного льва.

— А дракон, похоже, не с голоду помер, — сказал Ульф.

Он зажимал пальцами нос, глядя, как доктор Филдинг с помощью ломика вскрывает грудную клетку дракона.

Забравшись в открывшуюся полость, она стала проверять легкие, похожие на две гигантские губки.

— Иди посмотри, — позвала она Ульфа.

Верхушки обоих легких были окрашены ярко-алым.

— Такой цвет у них из-за крика, — пояснила доктор Филдинг. — Он отчаянно кричал перед смертью. Должно быть, от боли…

И Ульф пометил на своем листке: «Сильно кричал».

А доктор Филдинг уже взялась за сердце дракона. Чтобы его поднять, ей понадобились обе руки. По пальцам потекла липкая кровь. Как выяснилось, сердце тоже было разорвано.

— Серьезные внутренние повреждения, — сказала ветврач.

Ульф заглянул под сердце и увидел там что-то черное и блестящее.

— Что это? — спросил он.

Потом протянул руку и пощупал. Черный шар показался ему холодным и твердым.