Нет, это не было всего лишь иллюзией, как иногда утверждают скептики. Сегодня ученые уже нашли химические вещества, стимулирующие эндокринные железы. Вот почему основа промышленности Ронды — разлив и экспорт воды из источников. Соединенные Штаты закупают свыше восьмидесяти процентов годовой продукции. Однако прежде, когда дело это было в руках эрцгерцога, воду продавали только гостям страны. Можно представить, сколько ее, низвергавшейся водопадом из пещеры с высоты девять тысяч футов и стекавшей по склонам Рондерхофа, пропадало даром. Энергия, которую можно было бы закупорить в бутылки и потом закачать в усталых американцев, просто падала с голых скал и опускалась в долину, где питала и без того жирную землю и давала жизнь золотым цветкам ровлвулы.
Разумеется, народ Ронды впитывал воду вместе с материнским молоком. Отсюда его красота, радость бытия и веселый нрав, несовместимые с враждебностью и амбициозностью. Это, насколько я понимаю историков, всегда было сущностью рондийского характера, причиной его непритязательности. «К чему убивать, — спрашивал Олдо, знаменитый поэт Ронды, — если мы любим? К чему плакать, если нам хорошо? К чему рондийцам устремляться в страны, где царят болезни и мор, бедность и война, зачем отправляться туда, где люди теснятся в трущобах, ютятся в крошечных квартирках огромных домов и горят лишь одним желанием — обскакать соседа? Для рондийцев все это не имеет смысла. У них уже был свой потоп, погубивший предков. Возможно, когда-нибудь Рондаквивир вновь разольется; но пока этого не случилось, пусть они живут, танцуют и мечтают. Пусть они бьют острогой рыбу, прыгают в источники Рондерхофа, пусть собирают золотые цветы ровлвулы, давят лепестки и виноград, собирают зерно, выращивают скот — пусть живут под недремлющим и заботливым взором вечно юного монарха, который умирает и рождается вновь».