Доктор. И мне незачем. А человеку – польза. (Подходит к Летчику. Летчик замирает на мгновенье. Доктор поднимает ему веко, слушает стетоскопом грудь.) Дышите, не дышите. Отлично. Здоровье в порядке, аппетит в норме. Все хорошо. Слышите, Степанида Евлампиевна, у него все хорошо!

Голос пожилого ангела. Скажете тоже, хорошо. Взрослый мужик сидит на лавочке и гудит себе под нос. Ерунда все это, глупость. Никакой он не летчик, а обыкновенный сумасшедший.

Доктор. А мы с вами – нормальные люди?

Голос пожилого ангела. Ну, за вас я бы не поручилась, а я нормальная.

Доктор. Уверены?

Голос пожилого ангела. Уверена.

Доктор. На все сто процентов?

Голос пожилого ангела. Про проценты я не понимаю. Проценты только в лекарствах бывают.

Доктор садится на стул перед шахматным столиком. На втором стуле сидит Собака. Доктор двигает фигуры, бурчит себе под нос. Теперь он разговаривает с Пожилым ангелом как бы рассеянно.

Доктор. Иногда я вам завидую. Вы уверены в своей абсолютной нормальности. Честно говоря, это вам надо бы врачом быть.

Голос пожилого ангела. Я и так почти врач. Всю работу за вас делаю, спирт не пью. Ничего, скоро приедет комиссия, разберется.

Доктор. Не приедет.

Голос пожилого ангела. Приедет.

Доктор. Не приедет, я вас уверяю. А даже если и приедет, все останутся при своих. Я – врачом, вы – фельдшером. Нас с вами нельзя уволить. Мы – незаменимы.

Голос пожилого ангела. Вас можно уволить.

Доктор. А кого на мое место?

Голос пожилого ангела. Кого–нибудь порядочного, не пьющего, работящего. Кто всю работу знает.