– Значит, так, замок Бландербаса был в десяти фарлонгах. А у меня семимильные сапоги… то есть я отмахал почти семьсот миль [1 сухопутная миля равна 1609 метрам]. Надо возвращаться, – он вернулся, отсчитывая шаги, и вновь очутился все в том же лесу.

– Ну как? – спросила принцесса очаровашка. – Вы убили его?

– Н-нет, – промямлил Красавчик, – пока еще нет. Я… тренируюсь. Понимаете, – голос его зазвучал более уверенно, – надел новую пару сапог и… – ледяной взгляд Очаровашки заставил его опустить подробности. – Клянусь вам, принцесса, теперь я не вернусь к вам без его головы.

Он шагнул в сторону замка и, естественно, перемахнул через него. Отступил назад и снова предстал перед очами принцессы.

– Принес голову? – спросила Очаровашка.

– Я… должно быть, выронил по дороге, – Красавчик с деланным удивлением посмотрел на пустые руке. – Сейчас пойду и… – один шаг, и принцесса исчезла.

В шести милях от замка, по другую его сторону, принц сел на землю и глубоко задумался. До заката оставалось два часа. Без волшебных сапог он мог и не успеть дойти до замка. Задача-то перед ним стояла простая: построить равнобедренный треугольник, основанием которого служило бы прямая, соединяющая его и замок, с боковыми сторонами – два его шага. Но происходило все это в доевклидовые времена.

Однако, Красавчик все-таки добился своего. Один шаг на север, второй – на юго-запад, и вот он, замок, совсем рядом, в двух-трех фарлонгах, которые он и преодолел с сапогами под мышкой. У ворот остановился, неудобно, знаете ли, приходить в гости в чулках, но пришел к выводу, что на этикет можно и плюнуть, если решался вопрос жизни и смерти. И потом, великан все равно его не увидит. И вот, укрывшись волшебным плащом, с волшебным мечом в руке, Красавчик шагнул в ворота. На мгновение сердце его перестало биться, но образ принцессы, возникший перед его мысленным взором, придал ему смелости…