На жизнь он зарабатывает по-разному. Один из способов – изготовление и продажа мыла из человеческого жира. Жир они воровали с помойки клиники липосакции (это где жир из толстых жоп высасывают). На мой взгляд, это один из самых прикольных моментов в фильме – как мешок с жиром порвался на колючей проволоке и человечий жир полился на Нортона. Так, понимаешь, живописно и достоверно, что мой сосед, сидевший рядом, чуть не сблеванул.

Вид жира сразу пробудил ряд ассоциаций. Я очень сильно люблю всякие линзы и оптические приборы типа бинокль/подзорная труба. При виде хорошего фотообъектива теряю над собой контроль. Сызмальства пробавлялся разными линзами, которые иногда даже уворовывал в случае невозможности обретения нормальным путем (с тех пор я исправился, конечно, и сажал за то же самое в тюрьму совсем других людей, а не себя). И вот этими самыми линзами я обожал выжигать разную фигню на деревянных дощечках. Целыми днями выжигал. Но кроме этого еще очень любил ловить кузнечиков и прожигать им бошки.

Очень сильно хочу приобрести фильм «Бойцовский Клуб»!

Зачем и почему – не знаю и объяснить не могу. Никаких садистских наклонностей никогда в себе не замечал. В коллективных убийствах котов и собак никогда не участвовал. Как раз наоборот – котов всегда от смерти спасал, потому что люблю котов. А вот кузнечикам всегда почему-то прожигал бошки. Не вызывали они у меня никакого сочувствия, насекомые. Отвращения, правда, тоже. Вот тараканов – терпеть не могу, и руками их никогда не убиваю – противно даже трогать. А кузнечики – они ведь клевые такие, зелененькие. Сколько я их загубил – страшно вспомнить. Так вот, когда прожигал башку очередному несчастному насекомому, от него шла такая специфическая сладковатая вонь: Очень специфическая. Запах, который невозможно спутать ни с чем другим. Когда я стал большим, то узнал, что точно так же – не отличить – пахнет горящее человеческое мясо. Когда чуешь горящую человечину, всегда вспоминаешь про кузнечиков.