Именно эта мысль, если прислушаться повнимательнее, и звучит в «Коллекционере», как и в той книге, которую вы сейчас держите в руках. Относиться к ней можно по-разному, но, полагаю, вы все же согласитесь со мной, что с фашизмом она ничего общего не имеет.
1968
Введение
1. Книга, которую вы собираетесь прочесть, написана в форме отдельных записей. Причина не в лености автора, но в попытке свести на нет всякую риторику, всякое воздействие на читателя путем стилистических ухищрений. Многие записи представляют собой догматически выраженное мнение — не для того, чтобы навязывать свои убеждения, а для того, чтобы исключить саму возможность воздействовать посредством чисто художественных приемов. Я не хочу, чтобы мысли мои нравились, потому что нравится форма, в которую они облечены: я хочу, чтобы они нравились сами по себе.
2. Это не диалог, но лишь один голос в диалоге. Я утверждаю; вы вольны принимать или отвергать.
3. Кое-что из высказанного мной страдает типичным недостатком всякого рассуждения и обобщения — бездоказательностью. Единственное доказательство в этом случае — ваше внутреннее согласие, единственное опровержение — внутреннее несогласие. Многие современные философы настаивают на том, что недоказуемое утверждение, с научной точки зрения, лишено смысла; но я не могу согласиться с тем, что философия — только наука: это не так и так никогда не будет.
4. Я прежде всего поэт, и только потом ученый. Это факт биографии, отнюдь не рекомендация.
5. Я верю в то, что человек наделен здравомыслием, и все нижеследующее — дань этой вере.
I
Вселенская ситуация
1. Где мы? Что это за ситуация? Есть ли тот, кто над ней властен?