— Не клуб и не кино, а наше настоящее путешествие, — строго заметил в ответ Михаил. — В Таллин.

— В Таллин? Наше?! — ахнул Женька и лег на пол рядом с Михаилом.— Там в 1980 году на Олимпиаду со всего мира яхты соберутся! Вот бы поглядеть — не по телевизору!

— А ты думаешь, зачем я сюда приехал, а? Зачем тебе водный путь на карте в Таллин показывал?

— Зачем-зачем... Я думал, просто так... Интересно ж все-таки...

— Еще бы... Но не все-таки, — усмехнулся Михаил. — Строим парусную шлюпку, тренируемся, у нас два лета впереди, и... двинем в Таллин. Представляешь? — мечтательно произнес он. — Отовсюду приедут или прилетят парусную регату смотреть. А мы — приплывем!

— Через всю страну? — с сомнением сказал Женька, взглянув на карту.

— Это еще только начало, — отмахнулся Михаил. — Проба сил... А затем мы, может, и в кругосветку махнем!

Женька представил себе, как они с Михаилом под парусом штурмуют бурный океан, как сверкают в небе молнии, как полосует их ливень... А шлюпка идет точно по компасу. Женька — за рулем. «Какой курс, капитан?» — громогласно кричит он Михаилу, перекрывая грохот бури. «Зюйд-вест! — кричит Михаил. — Так держать!» — «Есть так держать!» — кричит Женька, зажав в зубах короткую матросскую трубочку. «Мыс Горн! — кричит Михаил. — Бери круче к подветренной стороне». — «Есть, капитан!» — кричит Женька. Стихает буря... Коварный мыс Горн остается позади... Шлюпка скользит по спокойной морской глади. Проплывающий мимо китобойный корабль дает в их честь салют из китобойной пушки. «Друзья-болгары», — говорит Михаил, опустив подзорную трубу. Все дальше и дальше мчится шлюпка, а под ней... вращается земной шар.

— Но это когда еще... А пока вот, гляди! — раздался голос Михаила, и Женька очнулся.