травы и красное имеретинское вино. Гоги произносил тосты, я благодарил и пил. Мы выпили за наше знакомство, за меня, за мою жену, за моих детей, за дружбу грузинского и американского народов, за мир во всём мире и, наконец, за успех моей командировки в Грузию.

– Гоги, - спросил я, поймав удачный момент, - Ты знаешь, в чём цель моей командировки?

– Слушай, зачем волноваться? – сказал Гоги. По мере потребленя имеретинского его акцент становился заметнее. – Твой командировка будет всё нормально. Завтра я буду тебя знакомить с самим Гиви. Гиви всё сделает, что тебе надо.

– А что мне надо?

– Гиви знает, что тебе надо. Что надо, то и сделает.

– Кто такой Гиви?

– Гиви не знаешь? – искренне удивился Гоги. – Все знают Гиви. Он личный друг Зураба. Они в школе вместе учились.

– Кто такой Зураб?

– Даже Зураба не знаешь? - ещё больше удивился Гоги. – Зураб

Какава – заместитель министра. Да ещё какой заместитель! Первый!

– Министра чего? – спросил я в надежеде приблизиться к ответу на мучивший меня вопрос.

– А чёрт его знает! – сказал Гоги. – Какая разница? Зураб личный друг президента Грузии. Он у него сына крестил. Если Гиви захочет, он тебя может представить Зурабу, Гиви очень хороший человек.. Но сначала ты должен ему понравиться.

Я