Следует отметить, что всё, что Вы услышите является (с точки зрения суда) достоверными доказательствами. И вопрос о достоверности решается без Вашего присутствия. Запрещаются любые факты, которые не относятся к делу — например, возраст обвиняемых, наличие у них судимостей и т.п. Также запрещаются факты, могущие задеть и эмоционально настроить за/против присяжных заседателей.
Например: подсудимый отказывается от показаний, которые он дал следователю на первом допросе, а Прокурор хочет привести эти показания. Адвокат протестует, мотивируя тем, что эти показания подсудимый давал под давлением следака. Нас (присяжных заседателей) из зала суда просят удалиться, а без нашего присутствия решается вопрос о законности добывания сведений полученных на первом допросе. Если выясняется, что они добыты законно, т.е. подсудимого не (сильно) пи%дили во время допроса (в моём случае — это вообще явка с повинной была), Прокурор может зачитать те или иные строки из показаний. Если нет — присяжные заседатели их так никогда и не услышат (и, таким образом они не повлияют на их беспристрастность).
Второй пример: Прокурор показывал картинки с места преступления, но, как ни странно звучит, ему запретили показать посмертный портрет потерпевшего (он получил около 40 ударов кочергой, предварительно будучи качественно избит, в заключение с десяток раз пырнут ножом). Запрет на эту картинку был наложен из-за того, что мы, присяжные заседатели, можем потерять эмоциональную устойчивость и де «a priori обвинить невинных подсудимых».
Исходя из преположения, что всё вами услышанное будет достоверными