Хафид улыбнулся и мягко пожал Эрасмусу руку.

--Мой верный друг, сумеешь ли ты припомнить первое распоряжение, которое получил от меня, когда начал работать здесь много лет назад?

Эрасмус на мгновение нахмурился, затем его лицо прояснилось.

--Ты повелел мне каждый год отделять от нашей казны половину дохода и раздавать бедным.

--Не счел ли ты меня тогда безрассудным?

--У меня были дурные предчувствия, господин.

Хафид кивнул и указал в направлении помостов с товарами.

--Теперь ты видишь, что твои опасения были безосновательны?

--Да, господин.

--Тогда не спеши осудить мое решение, пока я не объясню тебе своих намерений. Я уже стар и мои потребности неприхотливы. $!? потребности не бывают неприхотливы. Я неприхотлив, потребности невелики ?> Моя возлюбленная Лиша после стольких счастливых лет взята от меня, и поэтому я желаю раздать все свое богатство беднякам этого города. Я оставлю себе ровно столько, чтобы завершить свою жизнь без хлопот. Я хочу, чтобы ты, помимо распоряжения нашим имуществом, приготовил необходимые документы для передачи владения каждой моей лавкой тому, кто управлял ею. Я желаю также, чтобы ты разделил между управляющими пять тысяч золотых талантов в награду за многие годы верной службы с тем, чтобы они могли заполнить свои прилавки чем пожелают.

Эрасмус начал было говорить, но Хафид жестом остановил его.

--Такое распределение тебе не нравится?

Казначей склонил голову и попытался улыбнуться.

--Нет, господин, я просто не могу понять ход твоей мысли. Ты говоришь как человек, дни которого сочтены.

--Это в твоем характере, Эрасмус--беспокоиться обо мне прежде себя. Ты не думаешь, что станет с тобой, когда наша торговая империя распадется?

--Мы были товарищами многие годы. Как же я могу теперь думать лишь о себе?