Время шло, однажды весной пришли неожиданные перемены – в кафе появился новый заведующий. Мама объяснила Даше, что у Дубровина теперь другая работа – самый модный, самый посещаемый в ***торске ресторан в центре города.

– Он обещал, если получится, и меня перевести туда, – Ирина смотрела на погрустневшее лицо дочки, смутно догадываясь о причине. Ей стало жаль Дашу. Наверняка она напридумывала себе бог знает что. Нужно было как-то объяснить, что Стас – это другой мир, к которому им повезло прикоснуться, не более. – Кстати, этим летом, если захочешь, мы сможем поехать на море. Стас обещал льготные путевки в Феодосию. Он с женой и сыновьями тоже поедет.

Лицо Даши стало непроницаемым. Столько лет она общалась с Дубровиным, но ни разу он не заговорил с нею о том, что у него есть семья, дети. Он ни разу не обмолвился об их существовании. Он всегда вел себя так, как будто существуют только их с Дашей проблемы, секреты и только они важны. Значит, он бессовестно лгал!

– Мама, я не поеду с ними на море, – твердо сказала Даша.

– Нас никто не заставляет, – наблюдая за дочкой, ответила Ирина. – Просто ты много болела в этом году. Не мешало бы оздоровиться.

– Я не хочу сейчас об этом говорить, – Даша зашла в свою комнату, села на диван. Ее первое чувство разбилось, как хрупкий хрустальный бокал от неловкого прикосновения. Детская фантазия, разгулявшаяся не на шутку, позволяла верить в самые невероятные предположения. Реальность вернула ее из парящего полета. Даша почувствовала, что жизнь преподнесла ей еще один урок предательства со стороны мужчин. А Стаса она считала теперь предателем. Он позволил ей мечтать о нем. Наивная девочка полагала, что Стас давно заметил, что она восхищенно внимает каждому его слову, и приветствует это. Дубровин на самом деле видел повышенный интерес к нему, только в отличие от Даши он не придавал этому серьезного значения. Не придавал до тех пор, пока не почувствовал, как тоскует, скучает по их почти каждодневным встречам, доверительным разговорам. А видеться они стали все реже.