– О-о-тпусти ее!!! – истошно вопил невидимка.

Но мать и дочь только крепче вцепились друг в друга. Не было силы, что бы разъединила их вновь.

Столб белого пламени вспорол пространство. От яркого ствола в стороны разбегались кривые трещины. Голубое окно полыхнуло в тумане и пропало в общей ледяной каше. Айсберг развалился на массу обломков. Они бурлили и плевались струями колючих игл. Фонтаны мгновенно схватывались в морозные узоры, но новые потоки крушили их и застывали сами.

Все выше поднималась ледяная колоннада с многочисленными переходами и беседками, узорчатыми изразцами и овальными скатами. Все тише и мельче становился ледяной омут.

Сверкнула последняя капля, тонко пропела хрустальная ветка, и необыкновенное здание застыло.

По одной из колонн, цепляясь лапами и хвостом, спускался мелкий ящер.

– За что мне такое наказание? – бубнил он в промежутках между лязганьем зубов и соскальзыванием лап. – Кто за это ответит?

Скатившись до основания, отряхнулся и осмотрелся.

Возвышенные утонченные формы не подняли его настроения. Он потянул носом и подполз к уширенной посередине небольшой пирамиде. Мстительно блеснули его глаза.

– Ага, и ты здесь.

Сквозь ледяную корку проступали нос, локоны и растерянно моргающие глаза цвета изумрудов. Еще – рот. Все остальное отсутствовало.

– Предупреждал ведь – не шути с этим.

– Там была моя мама, – тихонько пискнула видимая часть Веяны.

– Очень рад, – буркнул ящер. – А мне что с этим делать? Где мой айсберг, где мельтешатели, куда выпал я сам? Как я теперь другим демонам в глаза посмотрю? Ну, ответь. Колдуют тут всякие, а как порядок наводить ни рук ни ног не соберешь.

– Так ты демон? – воскликнула Веяна.

– Демон, – скромно подтвердил недавний невидимка.

– Какой же ты маленький! – изумилась девочка из своей пирамиды.

– Зато могучий, – заметил ящер. И тут же поправился: – Был. Теперь ты станешь им вместо меня, а я умываю руки.