Даже и сегодня едва только наметившиеся, вторично выработанные концепциипроявляют тенденцию приобрести тот же неосознанный характер. С поразительной быстротой,свидетельствующей о том, что данная особенность присуща определенному образумышления и действия, коллективное мышление ассимилирует толкования,показавшиеся ему наиболее смелыми (первоначальность материнского права,анимизм, или в последнее время психоанализ), для автоматического разрешенияпроблем, характер которых постоянно ускользает как от воли, так и от разума.
Именно Боасу принадлежит заслуга исключительно ясного определениябессознательного характера явлений культуры: в своих рассуждениях на эту тему онуподобляет их с этой точки зрения языку, предвосхищая дальнейшее развитие лингвистики и будущееэтнологии, перспективы которой мы только начинаем с трудом различать. Показав,что структура языка остается неизвестной говорящему до создания научной грамматики и что дажетогда она продолжает определять формы речи помимо сознания субъекта, так какона ставит его мышлению концептуальные пределы, которые он принимает
29
заобъективные категории, Боас добавляет: «Основное различие между языковымиявлениями и другими проявлениями культуры заключается в том, что первыеникогда не возникают сознательно, тогда как вторые, хотя они тоже берут свое начало отбессознательного, часто возвышаются до уровня сознательного мышления, порождаятаким образом вторичныеумозаключения и повторные попытки их осмысления» [206, ч. 1, с. 67]. Однако это различие в степени бессознательностине скрывает их глубокого тождества и не уменьшает исключительной ценности лингвистического метода, являющегося образцом для этнологических исследований.Напротив, «большое преимуществолингвистики в этом отношении состоит в том, что в общей сложности категории