- Привет, я не один, как видишь. Пустишь? - я молча отошел в сторону, сердце еще продолжало колотиться, - Ну ты допился, к белочке дело подходит. Ты завязывай, старик. - Проходите на кухню и вытирайте ноги. Вот об это, - я указал пальцем на многострадальный половик, - то есть наоборот: вытирайте и проходите. На кухне ничего не изменилось, вернее, прибавилось пустых бутылок, бычков в консервах ну и другого похожего мусора. - Извините, не прибрано, - с издевкой произнес я, обращаясь в основном к "полковнику" - Ничего, - ответил "полковник" неожиданно мягким, глубоким баритоном. - Рома, будь так добр, выброси, пожалуйста, пустые бутылки... и пепельницы. Я охренел. А Ромка, похоже, ничуть не удивился: собрал все, что можно в, найденный тут же, пакет и пошел выбрасывать его в мусоропровод. Мы стояли и молчали. Вернулся Рома, ничуть не расстроенный. - Позвольте вас представить друг другу, - он бы щелкнул каблуками, если бы не кроссовки, так мне показалось. Ну, уж очень официально! - Сан Саныч - Игорь Михайлович, прошу любить и жаловать! - показал на нас кивками головы и, наконец, то улыбнулся. "Слава Богу!" А то я уже, что попало думать начал. - Присаживайтесь, - это уже я, - извините, кроме водки предложить нечего. - Спасибо, но мы ненадолго, ничего не надо, - сказал своим удивительным голосом Сан Саныч. Но сесть, они с Ромкой, сели. - А я, извините, выпью, душа просит, - что и сделал. Сел, закрыл глаза и стал ждать, когда полегчает. Отпустило. Молчим. - Так какое у вас ко мне дело, Сан Саныч? - Хочу предложить вам работу. Мои брови полезли вверх. Как бы невзначай обвел кухню рукой и показал пальцем на себя. - Меня? - Не удивляйтесь. Мне много рассказали о вас и Роман, мой давний, кстати, сотрудник, и другие, знающие вас люди. Еще я навел справки. Вы мне подходите, - он опередил мой естественный вопрос, - Работа сисадмином в небольшой конторе на 10-15 серверов. Железо вы тоже хорошо знаете. И, главное, вы не сильно общительны и не болтливы. А это, в моем случае самое главное. Что касается вашей "тонкой" душевной организации то, как меня уверили знающие вас люди, это в первый раз. И, как Я вижу, последний.