— Возможно, — пожал плечами Крутобок. — Ого, гляди! — воскликнул он, прыгая к кучке оставшейся еды. — По мышке на каждого и зяблик пополам!

Друзья поделили еду и переглянулись. В глазах Крутобока заиграли веселые огоньки.

— Слушай, я думаю, теперь мы имеем право завтракать на половине воинов!

— И верно, — проурчал Огнегрив, следуя за другом в заросли крапивы. Раньше они могли лишь смотреть, как Буран, Коготь и другие воины расправляются там со свежей добычей.

— Ну, что? — спросил Крутобок, проглатывая последний кусочек. — Не знаю, как ты, а я просто засыпаю на ходу.

— Я тоже, — кивнул Огнегрив.

Друзья поднялись и проследовали к пещере воинов. Огнегрив просунул голову под низко свисающие ветви и огляделся. В противоположном углу сладко спали Кисточка и Долгохвост. Он пролез внутрь и отыскал маленький пятачок пушистого мха. Судя по запаху, никто из воинов здесь не спал. Что ж, вот и местечко! Крутобок пристроился рядом с приятелем.

Какое-то время Огнегрив лежал неподвижно, слушая, как ровное дыхание Крутобока постепенно превращается в сладкое глубокое похрапывание. Огнегрив чувствовал не меньшую усталость, но он отчаянно хотел поговорить с предводительницей. Если прижать голову к земле, то с места, на котором он лежал, отлично просматривался вход в лагерь. Огнегрив лежал и смотрел, ожидая возвращения Синей Звезды, но вскоре глаза у него начали слипаться, и юный воин провалился в сон.

Он услышал рев, похожий на рокот ветра в вершинах деревьев. Ноздри щипало. К едкому смраду Гремящей Тропы примешивался какой-то незнакомый запах — более резкий и гораздо более страшный. Огонь! Языки огня плясали в черном небе, швыряя горящие искры в беззвездную ночь. Но что это?! Перед огнем двигались силуэты котов! Почему они не убегают?