
Записи доктора Саймона Барон-Коэна, психиатра Джона, раскрывают нам подробности этой истории.
Обращение в клинику. Отец отправил 21-летнего Джона в детское отделение лондонской больницы Модсли, чтобы выяснить, не страдает ли его сын аутизмом. Среди проблем Джона он перечислил следующие: 1) трудности в общении; 2) тяжелая адаптация к переменам; 3) чрезмерный интерес к своей челюсти; 4) жестокость по отношению к одной пожилой даме; 5) неспособность вписаться в какую-либо социальную группу. Навязчивый интерес к челюсти и жестокость возникли недавно, остальные проблемы появились раньше. Некоторое время назад акт агрессии привел Джона в психиатрическую палату для взрослых, что совсем сбило его с толку.
История развития болезни. Беременность и роды матери Джона проходили нормально. В детстве сын не пытался завоевать родительскую любовь. В три года, по словам родственников, он часто хлопал в ладоши. Его речь была вполне нормальной, хотя у него всегда возникали сложности с говорением (это наблюдается и сейчас). Ребенком он демонстрировал необычную способность заучивать словесный материал, к примеру списки чего-нибудь. Отец Джона говорил, что сын мог выучить наизусть «Хит-парад -40», а также подробно перечислить особенности машин, характеристики двигателей, технические инструкции и тому подобные тексты. Отец мальчика называл эту способность поразительным запоминанием. Джон знал частоту волн любой радиостанции и время каждой передачи. По словам отца, мальчику всегда не хватало понимания того, что чувствуют окружающие. Он не играл в ролевые игры и не любил головоломки, предпочитая чтение и однообразные занятия. От людей Джон старался держаться подальше. Физически он был развит негармонично. В 11 лет он расстраи вался, кричал и плакал, если происходили изменения в его привычном распорядке дня.
