- Геннадий Анатольевич, - зек по дороге в админкорпус вытащил из контролера эти два слова. - Я не привык сидеть сложа руки. И скажу вам прямо: с пропагандой и агитацией в этой тюрьме дела обстоят не лучшим образом. Где плакаты о честном труде и чистой совести, где профилактические стенды, где, наконец, стенгазета о буднях тюрьмы? Я не поверю, что вы все пустили на самотек. Просто тюрьме не хватает человека с ярко выраженной индивидуальностью, который хотел бы отбывать свою трудовую повинность в вашей тюрьме. Этот человек сидит перед вами.

Сердюк действительно уже сидел в кресле, забросив ногу на ногу. Слушая весь этот бред, начальник ХОЗО не сводил глаз с припухшего лица. Под конец встречи он произнес лишь одно слово: "Уведите". О Леониде Семеновиче вспомнили через неделю. Поначалу ему вручили ведро с кистью и отправили на побелку забора. Затем он трудился в мастерской, готовя первомайские плакаты. Наконец он таки стал главным тюремным пропагандистом и агитатором. Первым его детищем был лозунг: "Заслужи трудом досрочное освобождение". И хотя буквы слегка косили и коричневая краска местами растекалась, плакат повесили на стене одного из корпусов. Пробный шар имел успех. Работа закипела. На фанерных листах и кусках холщовой ткани, найденных на хоздворе, стали появляться: "На свободу - с чистой совестью", "Не человек управляет трудом, а труд человеком", "За курение в неположенном месте вы будете строго наказаны". Пиком его творчества стала стенгазета в штабном клубе. Она называлась "Служить и охранять". Сердюк листал годовые подшивки в красном уголке, передирал положительные статьи о буднях исправительных учреждений и адаптировал их на здешний лад: изменял фамилии, города, квартальные показатели. В шкафу клуба Сердюк вдруг обнаружил пыльный фотоувеличитель и парочку треснувших пожелтевших ванночек. После такой находки он начал клянчить фотоаппарат, пока кто-то из офицеров не принес старую добрую "Смену".