Однако горообразовательные силы и не думали успокаиваться: после верхней юры они вновь привели в движение земную кору, по-своему «перетасовав» каменные пласты. С грохотом раздирались многометровые лавовые толщи; огромные трещины рассекали скалы, и вода, бурля, устремлялась вниз. Целые горы проваливались во внезапно открывшиеся бездны, другие выпирали им на смену. Невидимые гигантские руки сминали в складки, скручивали узлом, дробили на куски крепчайший, только-только улегшийся в относительном порядке камень...

Прошли еще миллионы лет; кончилась мезозойская, началась кайнозойская эра. К этому времени вместо группы отдельных островов уже существовал один большой остров, хотя вода и покрывала его раз за разом, оставляя после себя слои известняков, сланцев, глин. Однако каждое очередное «наступление» захватывало все меньшую территорию, постоянно заливая лишь равнины. А над ними, уже недоступные морским волнам, горделиво поднимались вытянутым скалистым островом Таврические горы.

А затем, в эпоху среднего плиоцена, горный Крым был рассечен мощным сбросом, оставившим после себя отвесную каменную стену нынешнего Южного берега, вздымавшуюся тогда на высоту в 3000 метров. Это было полное омоложение древней горной страны, преобразовавшее пологую возвышенность мезозойского хребта в современные Крымские горы. Кара-Даг также не был пощажен этим сбросом: большая его часть откололась и навсегда ушла в морскую пучину.

На обнаженные магматические породы тотчас набросились их могущественные враги: дождь и град, зной и холод, ветер и морские волны. Но древние кристаллические массивы, хоть и потревоженные недавней встряской, стойко отражали их атаки. А так как упомянутый сброс произошел сравнительно недавно — около десяти миллионов лет назад, то и удалось Кара-Дагу сохранить до наших дней все особенности своего геологического строения.