Машину закончили перед самыми каникулами.

Летним майским днём Виктор Петрович объявил:

— Сегодня вместо пятого урока соберёмся в лаборатории. Собрались все. Это был великий день.

Машина стояла посреди комнаты. К металлической стойке были привинчены фанерные дощечки. На каждой дощечке— радиолампы, белые стаканчики конденсаторов, красные и зелёные палочки сопротивлений. Паутина проводов…

В маленькую комнатку набилось полно народу.

Виктор Петрович проверил питание. Свет есть.

— Марокко, поставьте переключатель на «счёт». Степан щёлкнул эбонитовой ручкой.

Виктор Петрович проверил изоляцию. Хорошо. Цепь — цела; ещё раз пробежал остриями пробника по контактам.

— Ну вот, — сказал он, — дадим напряжение.

Степан воткнул вилку в сеть. На пульте вспыхнул контрольный глазок.

— Набираю единицу.

Виктор Петрович нажал один раз кнопку.

— Складываю её с нулём.

На пульте зажглась неоновая лампочка.

— Два в нулевой степени равно единице. А сейчас знаменательный миг: умножим два на два. Анатолий, позови Лидию Гавриловну, она в учительской.

Толик выбежал.

Теляков подмигнул Пиму и тотчас же вскрикнул.

— Теляков, что с тобой? — спросил Виктор Петрович.

— Виктор Петрович, он ударился головой о стену. Он больше не будет, — ответил Пим.

Виктор Петрович удивлённо посмотрел на ребят. Вошли Лидия Гавриловна с Толиком.