Да честно говоря, просто американцев действительно не бывает. Всякий американец – это американец с довеском «происхождения». Из изначального плавильного котла выкатились миллионы всевозможных слитков: американцы хорватского происхождения, американцы ирландского происхождения, американцы японского, мексиканского и еще невесть какого происхождения. Не удивляйтесь, если типичного американца зовут Патрик Нанг, Октавио Розенберг или Ильза-Мария Нугумбвеле.

Американец станет говорить о себе «Я – поляк», или «Я – итальянец», только на том основании, что его пра-прадедушка родился в Польше или в Италии. Не важно, что пра-правнук не знает ни слова ни на одном языке кроме английского и в жизни не бывал восточнее Нью-Йорка и западнее Чикаго. Он умеет лепить калачи (если он поляк) или готовить спагетти (если он итальянец), а это куда существеннее.

Дух закоренелого индивидуализма пронизывает поактически все аспекты американской жизни. Американские национальные герои – рыцари большой дороги, вроде Джесси Джеймса, бандита с Дикого Запада и предприниматели, вроде Сэма Уолтона, основателя сети супермаркетов «Уолмарт». Национальные пугала – тоталитаристы любых мастей, как-то: коммунисты, президенты крупных корпораций, юристы и политики. Всякий американский рабочий мечтает когда-нибудь открыть свое собственное дело. Индивидуализм распространяется даже на семейную жизнь: почти треть американских семей состоит из одного человека.

Взгляд на других

Всего у десяти процентов американцев есть паспорта. Остальным они просто ни к чему. Их родная страна так велика, что американец может пропутешествовать неделю, не покидая ее пределов. То, что любой человек, живущий от тебя в трех тысячах миль, тоже американец, сообщает мышлению среднего гражданина дух изрядного провинциализма. Поскольку в чужие страны американцы ездят довольно редко', они твердо убеждены, что люди на всем белом свете ничем от них не отличаются, разве что не говорят по-английски и ванны у них паршивые.