Голландцы, как и большинство их соседей по европейскому дому, чрезвычайно охочи до атрибутов американской культуры, хотя и величают ее творцов пустоголовыми невежами. Особенно им нравятся кинотеатры под открытым небом: те не стесняют их свободы, и ничто не мешает им любоваться открывающимся глазу раздольем.

Франция и Италия — прекрасные уголки для проведения отпуска, но на тамошних жителей голландцы смотрят весьма неодобрительно. Французы слишком легкомысленны, и потому не способны надолго расположить к себе народ, до мозга костей пропитанный духом Кальвина. Да вдобавок в этих, по словам голландцев, обструкционистах нет ни капли терпимости, они совершенно не способны к ведению разумного диалога. На страну, где фермерам позволяют вываливать репу прямо на шоссе, невозможно не смотреть с некоторой долей скепсиса. Прямолинейность, по мнению голландцев, входит в число добродетелей. Однако не тогда, когда люди чересчур дают волю своим чувствам. Тут уже попахивает утратой самообладания. Вот почему итальянцы (как и большинство средиземноморских народов) попали в разряд "малых сносных, но все равно не таких, как мы". В Европе голландцы удостаивают восхищенных отзывов только швейцарцев. В Швейцарии повсюду царит чистота, швейцарские банки невозможно ограбить, а тайна личных вкладов покоится за семью печатями.

Терпение голландцев не безгранично. И терять его они начинают на границе с Германией. Пожалуй, только немцы способны вывести их из обычного для них блаженно-умиротворенного состояния. Голландцы считают бошей заносчивыми, шумными, неуступчивыми и нетерпимыми, то есть полной противоположностью им самим.