Пара ночей, проведённых с Руэ, сделали своё дело: Антуан, увидев её плачущей, растроганно спросил, в чём дело.

Девица с рыданиями объяснила, что она боится, что королева, узнав об их связи, удалит её от двора и куда-нибудь сошлёт.

Галантный король, к тому же уже безумно влюблённый в Руэ, обещал похлопотать за неё и действительно отправился к королеве.

Разговор между высочайшими особами состоялся серьёзный и долгий и закончился тем, что он предложил королеве «полностью распоряжаться королевством Наваррой», а она в ответ на это назначила его Верховным главнокомандующим над всеми войсками Французского королевства.

Антуан дал своё согласие занять этот пост, что означало, что он признаёт главенство Екатерины и отказывается от притязаний на регентство. Это напугало вождей протестантов, они с ужасом думали о том, что король Наваррский уйдёт из их партии. Вечерами он, не окончив ужина, вставал из-за стола:

— Господа, вы продолжайте, а меня ждут неотложные дела.

Однако его союзники и вассалы хорошо знали, какие дела его ждут.

Глава протестантов Кальвин писал в одном из своих писем: «Он весь во власти Венеры. Матрона (Екатерина), которая очень искусна в этой игре, отыскала в своём гареме девушку, которая смогла поймать в сети душу нашего человека».

Так оно и было. Антуан Наваррский пренебрёг личным посланием Кальвина. Уже ничто в мире не могло заставить его расстаться со своей возлюбленной.

Однажды Екатерина пригласила к себе мадемуазель Руэ и долго беседовала с ней. Когда на следующую ночь Антуан явился к своей возлюбленной, он снова застал её в слезах. После его настойчивых расспросов она «призналась»: