В связи с огромным количественным и заметным качественным ростом фабрично-заводской печати в первой половине 30-х годов намечается тенденция к изданию заводских сатирических журналов при многотиражках. Такие сатирические журналы возникают в Москве, Ленинграде, Горьком, Луганске, Николаеве («Догнать и перегнать», «Паяльник», «Ток», «Луганский крокодил» и др.). Выпускались они силами рабкоровского актива газет, начинающими сатириками из рабочей среды, строились исключительно на заводской тематике, отличались большой конкретностью в критике недостатков. Их положительная роль в развертывании критики и самокритики внутри заводских коллективов, в подготовке и воспитании новых кадров сатириков из рабочей среды была очевидной. Однако наладить сколько-нибудь длительный выпуск подобных изданий, печатавшихся иногда в несколько красок, на 12–16 страницах, редакциям многотиражных газет оказалось, естественно, не под силу. С 1935 г. количество этих изданий неуклонно сокращается.

Во второй половине 30-х годов под влиянием культа личности сатира теряет свое главное достоинство — конкретность, все дальше отходит от постановки острых и актуальных проблем хозяйственной жизни. На смену острому фельетону, критическому сигналу с места приходит юмористический рассказ, осторожная аллегория, легковесная шутка. Сатира на конкретных носителей зла подменяется обличениями несущественных недостатков, бытовизмом, перестает активно вторгаться в жизнь, плетется в хвосте у тенденциозных «критиков» и «разоблачителей». Грозный смех сатирика-борца вытесняется, таким образом, облегченным юмором, довольствующимся мелкими фактами и явлениями, которые отнюдь не определяли исхода борьбы нового со старым, отживающим свой век.

Некоторые национальные сатирические органы прекращают в эту пору свое существование. Так, например, в конце 1934 г. перестает выходить украинский «Красный перец». В начале 1937 г. прекращаются башкирский сатирический журнал «Хэнэк», таджикский сатирический журнал «Мушфики», в 1940 г. — чувашский сатирический журнал «Капкан».