– Пе-сок, - произносит он медленно, пробуя на вкус каждый звук. - Мо-ре. Кры-са. Кровь.

Рана на его руке затягивается на глазах. Вскоре стираются, исчезают и багровые следы с гладкой кожи.

– До-ро-га... ид-ти...

Человек уходит, оставляя побоище за спиной.

В крохотной пещерке он находит металлический предмет, пахнущий опасностью. Человек вспоминает, что это оружие, и держит его под рукой, обшаривая каменные выступы. Он находит рюкзак с белыми брикетами чего-то съедобного и быстро глотает пищу, не ощущая вкуса, лишь смутно помня, каким тот должен быть.

Снаружи доносится вой.

Человек осторожно выглядывает из пещерки. По рыжему холму струится чёрная лента, в которой он угадывает стаю. Эти животные крупнее крыс, с тяжёлыми головами, мощными лапами, косматыми загривками. Их хочется назвать собаками или волками, но собаки и волки, которых он, кажется, помнит, выглядят иначе.

Они бегут прямо к пещере.

У вожака светлое пятно меха на лбу. Несколько минут, пока стая не ныряет в близкий овраг, человек и зверь смотрят один на другого. Человек очарован безумием чистой ярости, сверкающей в золотых глазах. Он приходит в себя, лишь когда угрожающий рык переходит в нетерпеливый визг.

Он забивается глубже в пещерку, но та слишком мала, чтобы обманывать ощущением убежища. Он суетливо обшаривает рюкзак и находит выгнутые, тускло блестящие коробки. В голове ещё всплывают слова - "патроны", "магазин" - а руки сами умело заряжают, передёргивают, упирают под ключицу приклад.

В прорези прицела возникает косматая голова, и он разряжает автомат прямо в раззявленную глотку.

Твари лезут одна за другой, будто здесь их ждёт самая желанная добыча. Вселенная смыкается в полуметровую плоскость входа, и в ней, как в дурном сне, возникают храпящие, роняющие слюну пасти - человек едва успевает перезаряжать оружие. Он вопит, оглохнув от грохота выстрелов, скалится и рычит, как звери, которых он убивает.